Москва 11.7.74

Здравствуй, здравствуй, старик Дудинский!

Папуля-то наш того, отбывает извините за выражение «на родину». 12-го мы его провожаем, а 15-го он в самолет проследует. 13-го он должен был нас покинуть, но с билетами нынче чтой-то плоховато стало: мало билетов печатают. Для него только на 15-е напечатали. Денег ему выдали. Доллары называются. Сотенную, потом по 20, еще по 10, по 5 и по рублю. Так, дрянь денежки. Размером все одинаковые и цветом тоже вроде укропа. Портреты только на них разные, да по мне они все как китайцы – на одно лицо. А уж по пьянке или в темноте, так тебе уже наверняка за сотенную рубль подсунут. Совсем дрянь денежки. Для жуликов только очень удобные. Впрочем, там у них все жулики или эксплуататоры проклятые. Эти все время жулят и жулят, жулят и жулят, а те их эксплуатируют. И вот пока ты либо в те, либо в другие не записался, так тебе там даже паспорту не дадут. А без паспорту известно какая жизнь! По улице и то страшно ходить: того и гляди заберут, а потом доказывай, что это не ты, а ты в это время совсем в другом месте находился.

И вообще меня лично ихняя Родина не устраивает. Мне и своя собственная подходит.

Вот я сегодня устроился на работу – вышел в новом месте. Опять консьержем устроился. Дом большой, кооператив «Полет» называется. А народ здесь живет все степенный. Поутру собачек прогуливает, а потом на машинах собственных и персональных на работу разъезжается. А уже ежели и магазину или к примеру с базару идет, то сумки полные всяческой снеди самой высококачественной волочет, а не то чтобы какую-нибудь там селедку ржавую в газетке. И все такие представительные, в шляпах ходят. А как мимо меня идут, то головой все этак снизу вверх делают: «Здравствуйте, мол, наш дорогой Леонид Прохорович». А я им головой сверху вниз: «И вам туда же». Сижу я в будочке такой из стекла сплошь сделанной, как в аквариуме, а мимо аквариума киты проплывают и на меня, как на морского ежа косятся. А будочка эта в крылечке сделана – тоже сплошь застекленном. Сижу я и сквозь окошечко цветочками любуюсь – маками всякими, одуванчиками, василечками. А промежду цветочков кошечки такие все чистенькие бегают и гадят. И девочки своих деточек маленьких в колясочках прокатывают. А девочки эти все такие красивенькие – в пеньюарчиках и полненькие такие, что каждой, чтобы присесть, нужно по меньшей мере два, а то и три стула. Читать далее →

Москва 20.3.74

Игорь, здравствуй!

Что делаешь? Как поживаешь? Что думаешь себе? И чего нам? Когда навестить нас собираешься? Ты хоть бы в гости на часочек-другой заглянул. А то знаешь, как сказал Великий Поэт:

Здравствуй, друг ты мой Дуда(йцев) Скоро к нас придет кита(йцев) Оторвем ему мы я(йцев)

Так что ты нас поскорее навести. Потрепемся, посидим, телевизор посмотрим, чайку выкушаем, али еще какую гадость сотворим. Читать далее →

Москва 29.4.74

Игорек, привет!

Когда же ты накопишь свой очередной миллион на билет до Москвы и сможешь собственной персоной предстать перед нами. Мы все здесь в ожидании и нетерпении. Особенно Мишечка Капланушка. Он вскорости тут наследство с маменькой своей получит: сорок шесть купюр по миллиону каждая. Мишечка уже почти в отчаянии от этого. Ведь с такими деньгами с голоду подохнешь или в больницу с переломом основания черепа попадешь. Представь себе, что Мишечка в гастроном прибегает, сует кассирше купюру и говорит: «3-62»!! Или даже «4!! 12!!!» Ну она бумажечку на просвет смотрит и, извиняясь вроде, говорит: «А то тут как-то в молодости одна сука усатая трешницу давеча подсунула. Глянула я на нее – все нормально: и серия, и номер на месте, и цвет какой надо, а вот все равно чегой-то не то. Гляжу еще. А портрет-то на ней вдруг как-то гнусненько заулыбался и подмигнул как-то неприлично. И гляжу я, а он уже и руку мне под подол тянет. Я в обморок – чтобы сраму такого перед народом не иметь. А усатый-то в это время денежки все забрал и был таков. Так вот теперича я их всех на просвет смотрю, чтобы в душу заглянуть и от гадостей всяких остеречься». Ну а потом она ему, конечно, сдачу начинает отсчитывать сотенными. А знаешь ли, сколько времени эту самую сдачу считать придется. Если в секунду по бумажке, так часа три выйдет. А ведь нужно еще проверить. А ежели у нее сотенных нет, а одни рубли только. Так здесь и неделей не отделаешься. Тут уже никакая очередь не выдержит и определенно сломает Мишечке основание черепа. Так что ты уж пожалуйста привези побольше этих самых миллионов и постарайся рублями или копейками. Тогда весь остаток жизни сможешь провести в благородном занятии: будешь Мишечке его миллионы разменивать. Думаю, что он из благодарности с каждого миллиона рублика по полтора тебе скинет – так что и в накладе не останешься.

Читать далее →