Архив рубрики: Светская жизнь середины 90-х

Подружка обозревателя «М-Э» клеила кандидатов в президенты

Scan-015

Предвыборный экспресс прибывает на станцию на­значения. Ельцинисты бла­годушествуют. Коммунисты звереют. Народ безмолвству­ет. Художники и тусовщики раз­влекаются. Звезды эстрады завершают агитационное тур­не по стране. Нет уверенности, что через неделю мы не ока­жемся в другом государстве. И тогда… Ельцинисты слиняют кто куда. Коммунисты начнут гра­бить награбленное. Народ за­прягут ишачить на партномен­клатуру. Художники и тусовщи­ки подадутся в дворники и истопники. Звезды эстрады отправятся агитировать за Зюганова. Впрочем, до завт­ра еще надо дожить. А пока…

Сексуально неотразимая Алена Мартынова решила поочередно спровоцировать всех кандидатов в президенты на интимные отношения (ви­димо, лавры «дрянной девчон­ки» Дарьи Асламовой не на шутку уязвили ее артистическое са­молюбие). Заручившись удостоверением сотрудницы «Худо­жественного журнала», она аккредитовалась на все пресс-конференции политических ку­миров. Первым подвернулся г-н Лебедь. Одевшись так, что­бы подчеркнуть все свои жен­ские прелести сразу и выгля­деть как можно более возбуж­дающе, «королева перформанса», дождавшись очереди, «чувственно» закатила глаза и сде­лала вид, что изнывает от же­лания.

– Алена Мартынова, «ХэЖэ», – представилась она. – Ваши коммунистические кон­куренты собираются засадить радикальных  художников в пси­хушки…

Отставной генерал перебил ее громовым голосом:

– Повторите название вашего органа.

– ХэЖэ! – сладос­трастно выкрикнула коварная соблазнительница.

– Что «жэ» у вас есть, мы видим. А откуда «хэ»? – услужливо «сострил» кто-то из заполнявших зал журналистов. Однако непробиваемый г-н Лебедь и бровью не повел.

– Никаким голым за­претительством ничего запре­тить невозможно. Чтобы кого-то сажать, я категорически против, – пророкотал он, сра­зу же потеряв всякий интерес к изнывающей от возбуждения интервьюерше. Последней ни­чего не оставалось, как с видом оскорбленной невинности гор­до покинуть помещение.

Следующим объектом во­жделений отважной экспери­ментаторши стал г-н Горба­чев. На встречу с экс-прези­дентом г-жа Мартынова предусмотрительно захватила но­мер «ХЖ» с подробным фоторепортажем о том, как она на лобном месте Красной площади бреет свой лобок. Улучив момент, неутомимая эпатажница пробралась сквозь забор из виде­окамер, положила перед опе­шившим претендентом раскры­тый на нужной странице жур­нал и чувственно прошептала:

– Намерены ли вы в случае победы издать указ о выделе­нии государственных дотаций на концептуализм?

На мгно­вение смутившись от явного несоответствия слов устремленному на него взгляду, Михаил Сергеевич тем не менее овла­дел собой и пробормотал что-то насчет того, что «бульдозе­ров больше не будет».

Прежде чем полуобнаженную возмутительницу общественного спокойствия оттеснили охранники, она успела схватить холеную ладонь великого реформатора и даже попыталась прижать ее к губам.

Между тем слух о коррес­пондентке, нарушающей плав­ный ход избирательной кампа­нии и вызывающей нездоро­вый интерес ее участников, распространился по Госдуме. На месте свидания с товари­щем Зюгановым ее уже жда­ли…

 •

Посетив ярмарку столичных художественных галерей, шу­мевшую и бурлившую в ЦДХ в течение целой недели, обоз­реватель «М-Э» стал свидете­лем сеанса массового гипноза – иначе чем объяснить легкость, с какой сорок человек, выда­ющих себя за профессионалов арт-бизнеса, позволили некой конторе под названием «Экс­по-парк» «обуть» себя на две-три штуки баксов (столько сто­ил экспозиционный отсек). Мало того, что спрос на современ­ное искусство сегодня фактически отсутствует (а мазня отечественного производства вообще даром никому не нуж­на), устроители потемкинского торжища умудрились выбрать для сомнительного мероприя­тия самый неблагоприятный сезон – ежу понятно, что с началом лета арт-рынок полностью сворачивается, а если еще учесть, что в ожидании результатов предстоящих вы­боров новые русские вообще прекратили что-либо приобре­тать, кроме билетов на загра­ничные авиарейсы и недвижи­мости за рубежом, то, как и предполагали не пожелавшие выбросить на ветер свои кров­ные тертые калачи вроде Ма­рата Гельмана, широко разрек­ламированная затея оказалась сплошным надувательством, что, впрочем, не помешало ее гостям и участникам ликовать и веселиться на всю катушку (такого количества еле державшихся на ногах от обилия то тут, то там выставляемой алкогольной халявы тусовщиков обозреватель «М-Э» не видел давно).

В день открытия бутафор­ской ярмарки в том же ЦДХ, но этажом выше, владелица гале­реи «ПанДан» Галина Данелия предлагала желающим подходить к стоявшему посре­ди зала накрытому столу, что­бы пропустить стаканчик за упо­кой души скончавшегося ровно год назад «наивного сюрреа­листа» Леонида Пурыгина – как он себя именовал, «Лёни из Нары Гениального». Стены украшали масштабные полотна знамени­того художника-самоучки, предоставленные известными му­зеями и коллекционерами. На лотке лежали его посмертно изданные автобиографические книги «Публия» (как бы Библия от Пурыгина) и «Космическая дурочка», напечатанные с со­хранением орфографии авто­ра, следовавшего принципу Василия Яковлевича Ситникова «как гаварица, так и пишица». Сре­ди участников тризны обозре­ватель «М-Э» заметил своего коллегу из «Коммерсант-Daily» Николая Климонтовича с его постоянной спутницей жизни Мариной. Их совместное по­явление сопровождалось удив­ленным перешептыванием, поскольку известного москов­ского сердцееда с недавних пор привыкли видеть в обществе некой юной особы (по слухам, «богатой дочки каких-то новых русских из Подольска»). Судачили даже о скорой свадьбе, но оказалось, что очередной ро­ман писателя-женолюба длился недолго, завершившись… пред­ложением руки и сердца, сде­ланным им верной и испытан­ной Марине. Свадебная цере­мония ожидается чуть ли не на следующий день после выбо­ров.

Ползучая экспансия «Митьков» в столицу продолжилась в выставочном зале на Кузнец­ком мосту, 20 при столпотво­рении столичного бомонда, чей неподдельный интерес к вер­нисажу Дмитрия Шагина, Александра Флоренского и К означал не что иное, как при­числение бывших питерских прикольщиков к российскому артистическому истеблишменту. Отныне у них появился шанс очутиться в качестве почетных гостей какой-нибудь правительственной тусовке за одним столом с Ростроповичем, Плисецкой, Вознесенским или Гла­зуновым. Спонсировала мероприятие компания «Полароид», перед которой «Митьки» в до­лгу тоже не остались, оформив свои живописные холсты в виде двухметровых пластинок с «мо­ментальными снимками», запечатлевшими кадры из леген­дарных фильмов эпохи социалистического строительства («Чапаев», «Белое солнце пустыни», «Место встречи изме­нить нельзя» и т. д.). На месте физиономий главных героев незабываемых лент (Сухова, Жеглова, Шарапова, Василия Ивановича) зияли овальные дыры, куда каждый желающий мог просунуть голову и пос­редством то и дело щелкающих полароидов быть увековечен­ным в образе того или иного народного любимца. Хотя ви­новники торжества и пригуби­ли «из горла», отдав дань наработанному с годами «просто­народному» имиджу, однако традиционную униформу в виде «тельников» сочли не соответствующей занимаемому пол­ожению, предложив гостям поностальгировать о бесша­башной и безденежной юности возле висящей на веревке многометровой полосатой за­навески, сшитой из нескольких тельняшек. При расставании обуржуазившиеся и разбогатев­шие певцы маргинальной со­вковой вольницы вручили обозревателю «М-Э» только что выпущенный ими компакт-диск «Раскинулось море широко», на котором сладкоголосый коллек­тив «Митьков» в сопровожде­нии Бориса Гребенщикова и Юрия Шевчука задушевно рас­певает незабываемые хиты тридцатых-сороковых годов. Придя домой и прослушав под­арок одновременно с неспеш­ным опустошением емкости с продукцией завода «Кристалл», ваш покорный слуга настоятель­но рекомендует читателям «М-Э» повторить его эксперимент. Ну о-о-очень душевно.

Несколько знакомых галеристов слегка пожурили обоз­ревателя «М-Э» за слово «гов­но», которым он охарактеризо­вал шедевры современных немецких авангардистов, де­монстрировавшиеся в рамках недавнего фестиваля «Берлин в Москве».

– Неужели тебе так совсем уж ничего не глянулось? – упрекнула меня одна из кол­лег.

Желая повиниться в оп­рометчивости и резкости суж­дений, спешу выразить искрен­нее восхищение прошедшей в галерее «Дар» выставкой концептуалистки из Тюбингена очаровательной Аннэ Ринн. Ее экспозиция, помнится, на­зывалась «Скрытые пружины» (намек на нечто, что лежит в основе человеческих поступков. Центральная часть композиции представляла собой некое по­добие насеста, на котором сидели свалянные из ваты белоснежные «курочки». Внутрь каждой автор вставила полую металлическую пружину с ле­жащим в ней настоящим яич­ком. При наклонении «курочки» ее содержимое выкатывалось в растянутую под конструкцией кроватную сетку и попадало в одну из «луз», представлявших собой те же перевернутые пружины. Вернисаж прошел без сучка и задоринки, однако на следующий день разразил­ся скандал. Причиной его пос­лужил засидевшийся допоздна завсегдатай галереи Юрий Щекочихин. Когда кончилась закуска, взгляд трибуна и де­путата упал на злополучные яйца. Оказалось, что они сва­рены вкрутую и вполне съедоб­ны. Слопав пару десятков, довольные хозяева и гости разошлись по домам. Утром, по дороге в галерею, ее владель­цы – супруги Тарабаровы ку­пили яйца, сварили их и разложили по «курочкам». Однако пришедшая вслед за ними художница начала громко возму­щаться тем, что яйца подмени­ли, исказив ее замысел.

– Вчера они были белые, а сегодня – коричневые! – причитала разгневанная нарушением цвето­вой гармонии своего объекта г-жа Ринн.

Обошедший близ­лежащие магазины г-н Тарабаров вернулся разочарован­ным. Увы, во все окрестные’ торговые точки как назло завезли исключительно «бурые» яйца. Пришлось брать такси и отправляться на поиски яиц нужного цвета. Отсюда мораль. Разрушение произведений ис­кусства оборачивается голов­ной болью.

Увесистую бомбу под задни­цы кандидатов в президенты заложило акционерное общес­тво «Сегодня-пресс», начавшее финансирование издания газеты «Фокус», импровизированная презентация первого номера которой состоялась на кварти­ре ее главного редактора –  бывшего обозревателя «М-Э» Григория Нехорошева. Из­дание на сто процентов состо­ит из компромата на обитате­лей политического Олимпа. На первой же из восьми полос по­мещено пространное интервью с доктором психологических наук Сарой Кониной, исследующей тайные пороки, якобы присущие претендентам на  российский престол. На конкрет­ных примерах ученый пытается убедить избирателей в том, что Явлинский склонен к гомосексуализму, Брынцалов – клас­сический эксгибиционист, а Зюганов – ярко выраженный копрофаг (то есть человек, одержимый нездоровой страстью к экскрементам. Обозреватель «М-Э» также с неподдельным интересом прочитал документальное повествование г-на Нехорошева под названием «Вагон презер­вативов из Стокгольма», пос­вященное истории взаимоот­ношений двух голубых партне­ров, чья попытка поучаствовать в политических играх заканчивается смертельной драмой. Доскональное знание автором мельчайших нюансов интимной жизни «извращенцев» лишний раз подтвердило слух о неод­нозначности сексуальных при­страстий известного журналис­та.

Оказывается, не всем мас­терам искусств по душе сегод­няшний творческий беспредел. Наиболее радикальные из них жаждут коммунистических пе­ремен, с которыми они связы­вают некое мифическое «воз­вращение к исконно посконным истокам». Накануне выборов несколько перформансистов собираются провести совместные шаманские камлания, призвав духов поддержать кандидатуру Зюганова (по слухам, мероприятие щедро оплачива­ется из казны КПРФ). На Бо­лотной площади под вопли рок-бригад «Русская правда» и «Огонь» Красный Медведь (сим­вол будущей евразийской России) победит в единоборстве олицетворяю­щую Соединенные Штаты атлантистскую Серую Акулу. В ритуальной мистерии примут участие худож­ники и культурологи, объеди­ненные в «российское общес­твенно-патриотическое движе­ние «Народный альянс». О результатах апелляции деятелей культуры садомазохистской ориентации к потусторонним силам мы узнаем сразу после 16 июня.

«Мегаполис-Экспресс» № 22 от 12 июня 1996 года

Батурину пытались сжечь на костре

Отдыхавшая в одном из подмосковных пансионатов на берегу Оки известная фотомо­дель и супруга популярного композитора Светлана Батурина на днях подверглась нападе­нию со стороны членов так называемого Богородичного центра. Десятерых здоровен­ных мужиков, шедших с сек­тантских радений, возмутила стильная и эффектная внеш­ность встреченной ими на лес­ной тропинке девушки. С кри­ками «Вавилонская блудница! Ведьма! Прислужница Сатаны!» изуверы схватились за колья, набросились на несчастную и стали ее избивать с намерени­ем, по их словам, «изгнать из нее Дьявола, а затем сжечь на костре». По счастью, жертва в свое время обучалась искусст­ву каратэ и сумела постоять за себя. К тому же за хозяйку заступился ее питомец – стаффордширский терьер Торо, отваж­но бросившийся на обезумев­ших религиозных фанатиков. После оказания медицинс­кой помощи в местной больни­це г-жа Батурина доставлена в Москву и продолжает лечение дома.

«Мегаполис-Экспресс» № 22 от 12 июня 1996 года

Обозреватель «М-Э» отпраздновал двухсотлетие граненого стакана

С повышением матери­ального благосостояния трудящихся приготовление еды для все большего числа российских граждан из повседневной трудовой повин­ности превращается в азарт­ное увлечение, творческий акт, форму отдыха, способ рассла­биться или самоутвердиться и даже в некое подобие мисти­ческого ритуала.

Звезды шоу-бизнеса не исключение. Многих из них, как и прочих смертных, пери­одически обуревает желание «оттянуться» у плиты, поколдо­вать над бараньей ногой или голубцами, угостить друзей «своим, фирменным» лобио, пловом или на худой конец омлетом. Не иначе чтобы удовлетворить поварские ам­биции популярных исполните­лей, отныне каждый июль в итальянском городе Сан-Бенедетто-дель-Тронто решено проводить международный фестиваль, на котором лю­бимцы публики смогут вдоволь покрасоваться перед телека­мерами в окружении кастрюль и сковородок. На минувшей неделе руководство Российс­кой ассоциации музыкальных продюсеров предложило обозревателю «М-Э» и неко­торым его коллегам опреде­лить, кто из наших соотечественников достойнее других сумеет защитить честь Роди­ны в единоборстве с такими гигантами и корифеями миро­вой эстрады, как Дайана Росс или Хулио Иглесиас, просла­вившимися не только выдающимися музыкальными, но и кулинарными способностями. Несмотря на отсутствие в столице большинства попсовиков-затейников, занятых окучива­ем электората перед неумолимо приближающимися выбо­рами, инициатору мероприятия «королю  шоуменов» Олегу Назарову удалось собрать под гостеприимными сводами ресторана «Золотой» на Кутузов­ыском проспекте целую толпу голосистых кумиров и знаменитостей, которых встречали разложенные по столам «исходные компоненты» в виде разнообразных продуктов питания. Пока мастера искусств самозабвенно нарезали, раскладывали и украшали, представители средств массовой информации, освежившись для бодрости соками и аперитивами, выбрали двух сопредседателей жюри – Юрия Антонова и президента Всероссийской академии практической магии гипноза Лилиану, которая не уставала повергать присутствовавших в изумление, демонстрируя одно «чудо» за другим. Наконец приступили к дегустации. По мере готовности каждая композиция придирчиво изучалась визуально, а затем пробовалась на вкус. Претенденты фантазировали в поте лица. Вика Цыганова предложила вниманию экспертов разрезанный пополам редис с намазанной  на него зернистой икрой, назвав свой деликатес «Русскими песнями». Миихаил Звездинский натер и смешал болгарский перец и яблоки («Очарованный поручик»). Спешившая на концерт Лена Зосимова успела толь­ко обсыпать зеленью поми­дорные дольки. Девушки из «Лицея» поставили перед г-ном Антоновым тарелку с гус­то наперченными листьями салата («Злые языки»), а «Иванушки интернешнл» – закрепленный в вертикальном положении огурец в форме фаллоса («Молодость не веч­на»). Вадим Байков шокировал публику «Завтраком холостяка», состоящим из стакана водки и наполненной окурками пепель­ницы. Само собой, его «самое несъедобное блюдо» тут же было отмечено специальной премией «Плевация» в виде «могилы» с крестом из двух куриных лапок. Главный приз единогласно присудили очаро­вательной г-же Нике за икру из первых весенних грибов, собственноручно собранных ею в Подмосковье. К тому же г-жа Лилиана заверила собрав­шихся, что, помимо непре­взойденных вкусовых качеств, изобретение победительницы обладает мощным положи­тельно заряженным биополем. От имени ее многочисленных поклонников г-н Назаров пожелал г-же Нике посрамить зарубежных коллег если не на сцене, то хотя бы на кухне.

На следующий день высо­кое жюри в том же составе, но с пополнившими его ряды Семеном Фарадой, Марком Рудинштейном, Александром Адабашьяном, Михаилом Кононовым и возглавляемое легендой отечественного кинематографа Галиной Данелия переместилось в ресторан «Репортер» для участия в тор­жествах, посвященных двух­сотлетию появления в России граненого стакана. Сомневаю­щиеся в точности и достовер­ности знаменательной даты могут навести исторические справки и без труда убедить­ся, что именно 30 мая 1796 года, на четырнадцатый день после коронации, император Павел Первый, приказав пе­репрофилировать армию на прусский манер, ввел в солдатский обиход вместо тра­диционной металлической кружки позаимствованную в Европе упомянутую емкость – поначалу встреченную в штыки воинским начальством, но сразу же пришедшуюся по душе как широким слоям вы­пивающего населения, так и стеклозаводчикам – по причи­не дешевизны, прочности и удобства в эксплуатации. Идея юбилейного мероприятия принадлежала все тому же неис­тощимому на выдумки Олегу Назарову, который провел его как всегда артистично, дина­мично и без единой накладки, главным образом благодаря четко поставленной перед ки­ношниками и журналистами задаче – «вслепую» продегустировав целых пятнадцать ви­дов водки (умножь на пятьде­сят граммов, читатель!), вы­брать «самую-самую». В ре­зультате алкогольная стихия ни разу не вышла за рамки при­личия, хотя наименее вынос­ливых приходилось периоди­чески выволакивать на свежий воздух. Ну да с кем не быва­ет. В интервалах между «принятиями на грудь» эксперты умудрялись участвовать в импровизиро­ванных конкурсах по откупори­ванию стеклотары, распитию спиртного из дамских туфелек, скорчиванию «пьяных» гримас и выборам «президентской» водки из стоявших на столе «Горбачефф», «Ельцин» и «Жи­риновский», а упоминавшаяся в предыдущем сюжете всемо­гущая г-жа Лилиана по жела­нию присутствовавших шутя и играючи превращала мине­ральную воду в любой из су­ществующих в природе горячительных напитков. С трудом сдерживая волнение, слоняю­щиеся по залу сотрудники всемирно известных водочных компаний с нетерпением жда­ли «приговора». Наконец, оп­рокинув «по последней», осно­вательно «потеплевшие» чле­ны жюри нетвердой походкой удалились на совещание. В результате бурных «разборок» («Тебе что, номер три не пон­равился?») не без попыток рукоприкладства («Да сивуха твой одиннадцатый, и вкус у тебя как у лошади!») выясни­лось, что наибольшее число баллов набрал лот под номе­ром четыре, оказавшийся «Кремлевской», чей представи­тель на радостях позвонил в офис, откуда стремглав доста­вили несколько ящиков напит­ка-победителя, позволивших каждому покидавшему «Репор­тер» унести с собой «на па­мять» по запотевшему «товар­ному образцу». Впрочем, обозреватель «М-Э» вовсе не уверен, что именно так все и происходило, и приносит из­винения, если чего напутал или пригрезилось. Праздник, сами понимаете, какой… Свя­той! Грех было не отметить.

Кстати о хобби. Заглянул тут в Москву некто Карел Готт. Не видели (и, соответственно, не слышали) мы его в аккурат с начала «перестройки». До того эфир бук­вально разрывался от его трелей. Утюг, бывало, жена включит, а оттуда «пражский соловей» заливается. Однако как пошли горбачевские эксперимен­ты, маэстро к нам – ни ногой. Почему? Черт его знает. Не говорит. Не инте­ресно ему, наверное. В ос­новном по процветающим го­сударствам колесит. Разбога­тел, округлился внешне. Со­бственным рекламным аген­тством обзавелся, издательст­вом, недвижимостью кое-ка­кой. Картинками стал бало­ваться. Чуть ли не каждый день малюет. Уверяет, что за приличные деньги продает. Развесил он на днях свои творения в чешском посольст­ве. Народу набилось видимо-невидимо. Жара, духота. Ос­вежиться нечем. «Сам» у ро­яля расположился, попел с часок. Само собой, овации, восторг, очередь за автогра­фами. Голос каким был, таким и остался. Даже малость как бы окреп. На стенах – ше­девры красуются. О них обоз­реватель «М-Э» лучше умол­чит. Не с нашим свиным ры­лом причуды гениев обсуж­дать. Мы, как говорится, больше насчет выпить – и, если повезет, по девушкам.

 «Мегаполис-Экспресс» № 21 от 5 июня 1996 года