Архив рубрики: Belles-lettres

Бедный Эраст

Сегодняшнюю публикацию старинного рассказа посвящаю памяти божественной Офелии, которая подсказала мне сюжет

Может быть никто из живущих в Москве лучше меня окрестностей столицы не изучил, потому что никто чаще чем я за город не ездит, никто больше меня пешком не бродит – без плана, без цели, куда глаза глядят, по лугам и рощам, по холмам и равнинам. Каждое лето я новые прекрасные места нахожу или в знакомых новые красоты отыскиваю.

Но больше всего мне одно место с недавних пор полюбилось. Всего в каком-нибудь получасе езды на пригородной электричке один из многочисленных подмосковных дачных поселков живописно расположился. Причем это не какое-нибудь там затрапезное садово-огородное товарищество с его шестью сотками и фанерной халупой, а одно из тех, которые в народе правительственными принято называть.

Читать далее

Пилотирование над

Впервые напечатано в «ГФ (Гуманитарный фонд) – Новая литературная газета», выпуск 5, 1994 год

Ударялись обо что ни попадя, наталкиваясь, задевая. За углы, выступы, телефонные будки, киоски, водосточные трубы, целуясь и перемещаясь. К зною, пляжам, лени и аквамарину. Цветная стеклянная метель билась и разлеталась, вмещала, отражала, дробясь. Осколки обрушивались из то и дело набегавших туч, струи меняли направление, не давая опомниться, прекращались. Пузыри отплевывались, обливаясь, зеркала тускнели под натиском. Тепло и свет провоцировали радугу бижутерии, запускали парфюмерную карусель, соблазняли разнообразием приправ и гарниров. Панорама не склеивалась, сопротивляясь выкриками отдельных деталей, фрагментов, рвалась на простор, срывала смирительную рубашку раз и навсегда заданного. Пытаясь. Молния зажигалась и тут же гасла, сплетая в непрерывную окружность склепы телефонных будок, серебро водосточных труб, этикетки, буквы, джинсы, троллейбусы. Сквозь них проходили, проезжали, проплывали. Пролетая. Изредка где-то высоко вверху что-то урчало, хрипело, покашливало. Изгородь разрасталась, захватывая ведра с розами, пионами, хризантемами. Охваченные восторгом, незаметно для самих себя прорывались, протискивались, проскальзывали. Кое-где удавалось. Себя обнаруживая. Не иначе как снилось.

Читать далее

Последний знак голого человека

Некоторые в больницах ради чего другого-третьего поселяются, а Паше Мошкину в них исключительно себя лечить нравится. Потому Паше Мошкину врачи про других больных все рассказывать позволяют и даже на слово ему верят.

В тот раз ему такая больница попалась, что ни одеял, ни простыней с матрасами вовсе было не предусмотрено. Потому как, Паша Мошкин решил, что больные все белье рвут, стекла выбивают и вообще окружающее пространство каждую минуту портить пытаются. Уж такие среди гадов враги попадаются, что сколько их Паша Мошкин по голове ни колотит, все равно свое поведение они не слишком изменять торопятся.

Читать далее