Народ раздражает интеллектуалов тем, что тупо живет сегодняшним днем, покорно принимает абсурдную власть и вообще все, что происходит, категорически отказывается участвовать в акциях протеста и задумываться о будущем своей же страны.

Но народ, блин, всегда прав – в том смысле, что он – идеальный индикатор. Если его устраивает настоящее, он чувствует в нем себя вполне комфортно, то тем самым он дает понять, что у него нет будущего. Да оно ему и не нужно.

То есть сегодняшнее поведение русского народа со всей очевидностью подтверждает, что у России никакого будущего нет.

•

В связи с дискуссией о постмодернизме вспомнил анекдот 60-х годов. Какой-то слушатель прислал на Всесоюзное радио вопрос, чем отличается импрессионизм от постимпрессионизма. Ему в прямом эфире со всей прямотой ответили: «Как вам не стыдно, товарищ. В стране полным ходом идет посевная, а вы выебываетесь».

На самом деле принципиальное различие между модернизмом и постмодернизмом вот в чем.

Представьте себе, допустим, какой-нибудь «Винзавод». Очередная арт-тусовка. Все выпивают, закусывают, ждут обещанного перформанса. Наконец несколько охранников вводят в зал полуголого чувака, кладут его на пол и начинают до крови избивать плетьми. Бьют они его этак минут пятнадцать. Чувак весь в крови, стонет, уже полуживой. Тогда они его поднимают, подносят к лежащему рядом огромному деревянному кресту и начинают прибивать его руки к перекладине. В конце концов чувака распинают, он висит, умоляет поскорее его прикончить, потому что больше не в силах мучиться.

Присутствующие тем временем продолжают выпивать и закусывать, лениво наблюдая за происходящим. В конце концов чувак просит пить, и один из охранников смачивает кусок тряпки в водке, надевает на бильярдный кий и подносит к губам чувака. Тот теряет сознание. Другой охранник берет кий, протыкает чуваку живот и объявляет, что перформанс окончен. После чего все охранники дружно присоединяются к выпивающей публике, которая практически никак не реагирует на происходящее, продолжая заниматься своим привычным делом. И только один приглашенный арт-критик нехотя, не переставая жевать, сквозь зубы интересуется:

– Круто. Кто спонсировал?

Так вот. В эпоху модернизма наверняка в зале нашлась бы как минимум пара-тройка дамочек, которые, не выдержав зрелища, грохнулись бы в обморок.

А в эпоху постмодернизма таких дамочек уже нет.

Вот в чем различие.

Потрясающе знаковый разговор с одним из младокремляди. Я ненароком завел речь о 2008 годе.

Он: Вы такой умный человек, а думаете, что у нас возникнут какие-то проблемы?

Я: Без проблем в любом случае не обойдется.

Он: Какой же вы наивный. Мы десять лет работаем на то, чтобы все обошлось без проблем. Вы что, сомневаетесь в эффективности нашей работы?

Я: Я не сомневаюсь, но согласитесь, что Россия – страна в какой-то степени непредсказуемая.

Он: Вы всерьез думаете, что есть какая-то там Россия?

Я: Я думаю, что России уже как бы и нет, но она, блин, пока все-таки как бы и есть.

Он: И кто же, по-вашему, может станет гарантом непредсказуемости? Дугин? Лимонов? Каспаров? Касьянов? Белковский? Поткин?

Я: Каждый по отдельности – может, и нет. А если все вместе? В совокупности? Как в свое время свалили советскую власть.

Он: Вы на самом деле такой наивный или валяете дурака?

Я: Особых иллюзий по поводу русского майдана я не питаю. Но на вашем месте я бы сказал так: «Я думаю, что есть много шансов, что все обойдется без проблем». Но стопроцентной гарантии я бы на вашем месте не давал.

Он: Вы шизофреник?

Я: Как скажете. Но на вашем месте я бы сказал так: «На восемьдесят процентов все обойдется без проблем». Но процентов двадцать я бы оставил на «проблемы».
Он (в бешенстве): На какие, блядь, еще проблемы?

Я: Да кто знает. Я же не пророк. Просто на некие «проблемы», и все. Мало ли что может произойти.

Он: Да вы просто не в себе. Все революции у нас уже совершились. Вы не знаете России. Народу все до лампочки. Все устали от непредсказуемости. Все хотят стабильности и фанатично верят Путину. В кого он ткнет пальцем, того и выберут.

Я: Да что вы ломитесь в открытую дверь. Я же вам в принципе не возражаю. Просто, если вы интеллигентный человек, то на вашем месте я бы сказал, что процентов на девяносто все обойдется без проблем. Но хотя бы десять процентов я бы списал на фактор иррациональности, непредсказуемости.

Он: Да, тяжелый случай. Недаром у вас репутация неизлечимого шизоида.

На том и расстались.

Иногда судьба дарит столько неземных радостей, что перемещаешься в иное измерение. И оттуда всякое проявление суеты сует кажется ничтожным и смехотворным. Когда оказываешься по ту сторону повседневной депрессии, тебе вдруг подсовывают что-то, напоминающее об оставленном «здесь и сейчас». Думаешь, неужели такие пустяки могли даже в течение нескольких секунд занимать твое бесценное внимание.

•

Вообще «любовь» и «жизнь» – категории диаметрально противоположные. Чем больше «любви», тем дальше от «жизни». Печалит только, что «любовь» требует постоянной подпитки в виде тех же, будь они неладны, денег, которые сегодня стали неотъемлемой ипостасью «жизни».

Именно, блин, деньги, когда они подходят к концу, возвращают тебя из рая в ад.

Но все-таки Господь иногда посылает удачу или везение в виде того самого «соотношения цены и качества», когда даже за поистине смешные деньги достается райское наслаждение. Видимо, Господь периодически объявляет для Своих любимчиков некие сезонные или благотворительные скидки.

•

Высшие ценности мироздания. 1. Пизда. 2. Свобода. 3. Справедливость.

Все остальные «святыни» – всего лишь производные от перечисленных. Например, такие категории, как Бог, Россия, Девчонка, Революция (и все остальное) актуальны постольку, поскольку выступают (в той или иной степени) в качестве носителей или проявлений трех философско-мировоззренческих китов, на которых держится вся экзистенция истинного интеллектуала.