У поколения информационных наркоманов начинается ломка. Качество информации перестало обеспечивать приход.
Информационной наркозависимостью называется состояние сознания, при котором отсутствие событий заменяет информация о них.
Вместо того, чтобы откликаться на потребности аудитории и постоянно увеличивать дозы, кураторы СМИ не способны даже сохранить эффективность информации на достигнутом уровне. Информация с каждым днем лишается внутреннего наполнения – бытийного, идеологического, метафизического и превращается в пустые слова.
Если бы наркоману вместо героина стали колоть воду, он бы не на шутку разбушевался.
Таким образом информационнозависимые постепенно становятся потенциально революционным классом.
•
Социальные сети нагляднее всего подтверждают, что активные окончательно вытеснили умных.
•
Когда исчезает реакция на происходящее, значит мерзость происходящего достигла стадии необратимости. Первыми умолкают самые продвинутые. Они раньше всех понимают, что пора дистанцироваться.
•
Причина Русской Катастрофы в том, что по мере приближения к себе ее спятившая от бабла и вседозволенности власть и элита превращают любого без исключения в такого же спятившего от бабла и вседозволенности ублюдка, как и она сама. Причем с какой бы стороны ни приближались – хоть справа, хоть слева, хоть посередине.
То же самое можно сказать о социальном лифте. Сегодня в России нет такой сферы, где подъем по карьерной лестнице не сопровождался бы деградацией и моральным разложением того, кто поднимается. Делая карьеру, человек необратимо превращается в мерзавца, с которого берут пример окружающие. Люди понимают, какими качествами надо обладать, чтобы подняться хотя бы один этаж. Да что там – на одну ступеньку. Происходит цепная реакция размножения мерзавцев.
С другой стороны, не делать карьеру и не рваться в элиту – невозможно. Не поймут и сожрут с потрохами.
Теоретически «порядочных» людей можно встретить только там, где в силу специфики профессии отсутствует служебная иерархия, поэтому работнику нет необходимости кого-то подсиживать. Например, в среде уборщиц или гардеробщиков. Да и то «порядочными» их можно считать условно – исключительно из-за их маргинального положения. В «естественной» социальной среде они рано или поздно превратились бы в мерзавцев.